ЛИТЕРАТУРА

В бесконечном ряду славных имён нашего Отечества — богатейшей и многоязыкой культуры России, на одном из первых мест имя любимой певицы миллионов Анны Герман. Мы сочли своим долгом отразить эту Любовь созданием в интернете многофункционального литературно-музыкального портала об Анне Герман, одна из важных задач которого — впервые рассказать и подлинную историю её жизни и творчества.
Добро пожаловать в светлый дом Анны Герман!

Карусель


НЕИЗВЕСТНАЯ АННА ГЕРМАН

Артур Фридрихович Герман, дядя Анны ГерманНеизвестная Анна Герман...
Врач Якоб Кирш из Берлина, в рамках научного исследования миграционных явлений провёл опрос о том, кто для них в 2002-2003 годах являлся самой важной личностью, дававшей силы найти себя на новой родине. 74 процента ответили: «Анна Герман». Её голос и сегодня действует как целительный нектар, как бальзам для души, внушает радость, утешение и силу.
Потомок великого реформатора Мартина Лютера, доктор естественных наук, господин Петер Лютер, сенатор по здравоохранению и вицепрезидент Берлинской палаты депутатов, находится в контакте с Якобом Киршем и поддерживает наших земляков, немцев из России, в Берлине. Благодаря Якову Киршу доктор Петер Лютер открыл для себя Анну Герман как символ того долгого пути, котрый мы, российские немцы, должны были пройти. От доктора Лютера и Якоба Кирша Его Королевское Высочество доктор Фридрих Вильгельм Принц Прусский, внук Вильгельма II, последнего кайзера Германии, узнал об Анне Герман и её значении для немцев из России. Как известно, его матерью была Великая княгиня Кира Кирилловна Романова, племянница царя Николая II. В их семье русский язык и русская культура не забываются до сих пор.
Вместе с вами я надеюсь, что круг почитателей Анны Герман и дальше будет расширяться и что публикация книги этому будет способствовать. Она также призвана внести ясность в легенды о происхождении Анны Герман, возникшие и укоренившиеся в средствах массовой информации, особенно после её смерти.
Пользуясь случаем, выражаю искреннюю благодарность господину доктору Киршу за материальную поддержку этого издания!*
Артур Герман.
Мешеде — Берлин.
Осень 2003 года.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

Мифы Древней Греции... Герои мифов Древней ГрецииМифы Древней Греции... Так говорила красавица и тянула Геракла за собой.
Очарованный, смущённый, он уже готов был последовать за нею, но другая женщина остановила его.
— Стыдись! — сказала она презрительно. — Боги дали тебе могучую силу, а ты хочешь бездельничать и пировать, пользуясь трудами других, как беспомощное дитя. Сильный распоряжается жизнью, как хозяин, он сам делает её прекрасной — он борется со злом и очищает землю от чудовищ и врагов. Сила и ум даны человеку для борьбы. Чем сильнее человек, тем труднее его жизнь.

ЛЮБОВЬ МОЯ — МЕЛОДИЯ!

Любовь моя — Мелодия! Муслим МагомаевЛюбовь моя — Мелодия!
«На башне слов я знамя водрузил,
своё перо в чернила погрузил»

(Низами: «Лейли и Меджнун»).
Я горжусь своей родиной и люблю её. И пусть такое вступление к книге воспоминаний сочтут несколько пафосным, но это так. И всю жизнь я раздваивался в этой своей любви: говорил, что Азербайджан — мой отец, а Россия — мать. Появившись на свет, получив хорошее образование, сделав первые шаги в своей профессии на прекрасной земле, земле великих Низами, Хагани, Вургуна, Гаджибекова, Бюль-Бюля, Ниязи, Караева, Бейбутова, Амирова — список можно продолжать, — я очень молодым приехал в Москву. И она вмиг сделала меня известным всему Советскому Союзу, открыла передо мной огромные горизонты, окружила любовью.
Любовь моя — Мелодия! Сейчас я живу в Москве и вижу, как день ото дня она хорошеет, превращается в настоящую красавицу (и за это надо сказать «спасибо» главному москвичу — Юрию Михайловичу Лужкову). Но я всегда помню и наш бакинский двор, и бульвар на берегу тёплого Каспия... Я часто приезжаю в свой Баку как на святую для меня землю. Для бакинцев их город — это не место рождения, это нечто большее. Бакинец — это особый характер, индивидуальность, особый стиль жизни. Разбросанные теперь, в силу разных жизненных обстоятельств, по многим странам, бакинцы, люди разных национальностей, стараются и там общаться между собой и по возможности хоть на несколько дней возвращаются в родной город.
Работая над книгой в Москве, я мысленно постоянно переносился в свои детство, юность, которые прошли в Азербайджане, вспоминал своих учителей, друзей и всех тех, кто так или иначе помог мне стать тем, кем я стал. Помог своим вниманием, добротой, своей дружбой, поддержкой и просто тем, что они были в моей жизни.
Моя республика пришла мне на помощь и на сей раз — когда появилась возможность издать эту книгу. Но сначала было предложение... Если бы не издательство «ВАГРИУС», я бы не написал свою книгу — все откладывал её на потом. Но годы, к сожалению, притупляют нашу память. Многое мне вспомнилось уже после того, как была поставлена последняя точка в рукописи. Книга была уже в издательстве, а я все что-то дописывал, вставлял в готовый текст. Конечно, многое вспомнится и после выхода книги в свет, но будет поздно..., впрочем, главная наша книга не на бумаге, а в нас самих. Как прекрасно сказал замечательный поэт Роберт Рождественский: «Живут во мне воспоминания; Пока я помню — я живу...».

«АННА ГЕРМАН» АЛЕКСАНДРА ЖИГАРЕВА

Анна Герман Александра Жигарева... Окончание книги.
Анна Герман Александра Жигарева... в журнале СЕНАТОРОднажды она проснулась среди ночи с какой-то непонятной тоской в душе. Все вроде бы идет нормально. Самое главное — ребенок здоров. Сама она тоже ни на что не жалуется. И все-таки чего-то не хватает. Ага! Понятно чего: почему-то все время молчит телефон. А телефон в ее сознании связывался с репетициями, концертами, бурными гастрольными планами. Она встала, надела домашние тапочки, включила настольную лампу и подошла к телефону. Сняла трубку. Гудка не было. Она улыбнулась, от сердца отлегло: «Ах, Збышек, Збышек-старший! Хитрец! Ты оберегаешь мой покой. И вносишь в мое сердце беспокойство. Я-то ведь все еще певица, и я должна петь. Я хочу петь! Очень хочу!..»
На следующий день она сама включила телефон и теперь, одевая сына, все косилась на аппарат, как на человека, который должен сообщить нечто неожиданное и радостное. Но телефон молчал. Звонки, конечно, изредка раздавались. Но звонили из прачечной, химчистки. Потом позвонила какая-то подруга, еще по школе (она живет по-прежнему во Вроцлаве и сейчас в Варшаве проездом). Кто-то ошибся номером...
Тревога сжала ей сердце: «Вот так! Тебе не звонят, и ты не звонишь. Не звонят тебе — это понятно, значит, ты не нужна, как раньше. Но вот почему ты не звонишь? Гордая! Вчерашняя звезда! Звездная болезнь на склоне... Наверное, у всех людей так, чем бы они ни занимались: когда молод и энергичен, нужен всем, а когда наступает старость — никому. Ой, что это я подумала о старости? И как только не стыдно? Мать крохотного ребенка. Мать, а не бабушка». Она набрала номер телефона пана Анджея. Было три часа дня. Анна набрала номер машинально, не рассчитывая застать его дома. Но он как раз «забежал на минуточку».
— Ой, как я рад, пани Анна! Тут, знаете ли, столько предложений... Но ваш муж просил вас пока не тревожить. Ох уж эти мне мужья! Им не понять душу артиста. Так я собираю состав?
Анна Герман Александра Жигарева... Репетиции начались через несколько дней, и она снова погрузилась в концертную жизнь — трудную, суматошную, изматывающую, но для нее — единственную. Сольных концертов почти не было. Зато было множество сборных. Анна узнавала о них в последнюю минуту. Из-за этого сильно нервничала, быстро переодевалась и мчалась на такси в какой-нибудь Дом культуры. Публика по-прежнему горячо принимала ее. Аплодисменты выделяли и отделяли Анну от остальных артистов, участвовавших в таких концертах. В основном это были молодые люди, только еще начинающие, или пожилые, уже заканчивающие и теперь всеми способами продлевающие свой век на сцене.

ПО СЛЕДАМ «НАДЕЖДЫ»

По следам «Надежды»... Анна ГерманПо следам «Надежды»... У меня и у моего друга — майкопского поэта и журналиста Александра Адельфинского, была одна игра: мы искали двусмысленности в текстах известных песен. К примеру, тексты многих советских песен несут в себе тайную информацию о стихийных бедствиях: «Спорим, что река станет морем», «Как серёжками, качая люстрами, качая люстрами, танцует дом» (находки Адельфинского) или «Дом на бабушке моей — целых восемь этажей» (а это — моя находка). Саша Адельфинский подал мне идею данного материала, подробно обосновав её. Именно поэтому я считаю Адельфинского вторым автором материала — несмотря на то, что литературное оформление его высказываний полностью принадлежит мне.
Песня «Надежда» была написана в 1971 году известным советским композитором Александрой Пахмутовой на слова поэта Николая Добронравова. После её исполнения Анной Герман, эта песня стала самым настоящим шлягером. Сейчас, наверное, нет человека, принадлежащего к русскоязычной культуре, который бы не знал песню «Надежда». Думаю, что эта песня безусловно вошла в культурное наследие второй половины ХХ века. Хотелось бы разобраться в причинах её необыкновенной популярности, удивлявшей даже авторов.
Очевидно, что эти причины скрыты в тексте песни, далеко не столь простом и однозначном, как может показаться на первый взгляд. Необычно композиционное решение этого текста: я бы сравнил его композицию с композицией короткого рассказа аргентинского писателя Хорхе Луиса Борхеса «Дом Астерия» — вначале несколькими лаконичными штрихами даётся общая сюжетная ситуация, легко подвергающаяся простому толкованию, затем исподволь в текст вводятся загадочные детали, вступающие в противоречие с принятым толкованием, постепенно этих деталей становится всё больше и больше — и наконец — в финальных строках — раскрываются главные обстоятельства текста, не имеющие ничего общего с первоначальными читательскими (слушательскими) догадками. Правда в финале «Дома Астерия» автор всё разъясняет окончательно; не так обстоит дело с «Надеждой» — текст этой песни рассчитан на очень внимательное восприятие. Подавляющее большинство слушателей довольствуются поверхностным восприятием смысла песни, не обращая внимания на «подвохи». При этом «подвохи» запечатлеваются в подсознании — что всемерно усиливает интерес к песне.

ЭССЕ «АННЕ ГЕРМАН»

Эссе «Анне Герман»Эссе «Анне Герман»... Проблема искусства и личности в вокальном цикле эссе А.И. Цветаевой рассматривается с точки зрения существования подлинной культуры в XX веке в христианской парадигме (личное жертвенное подвижничество, «катакомбное» существование, антикорпоративность, антиинституциональность). Внутренняя философия и форма ключевого эссе «Анне Герман» раскрывается в контексте творчества М.И. Цветаевой, В.В. Розанова, М.М. Пришвина, М.М. Бахтина, Р.М. Рильке. А.И. Цветаева предстаёт удивительнейшим прозаиком русской литературы XX века. Впервые приводятся уникальные архивные автографы и фотографии А.И. Цветаевой и А. Герман, а также впервые публикуется письмо А. Герман — А.И. Цветаевой.
Удивительно, но факт, что Музей изобразительных искусав им. А.С. Пушкина (как, впрочем, и Третьяковская галерея) возник не по инициативе государства, а был создан на «общественных началах» благодаря самопожертвенному, бескорыстному труду И.В. Цветаева: «Царское правительство помогло только одним: дало площадь бывшего Колымажного двора, где помещалась старая пересыльная тюрьма» [А. Цветаева — 1995:25].
Еще мальчиком мечту о русском музее скульптуры Цветаев принял в сердце от звезды пушкинской эпохи Зинаиды Волконской. Создание музея для него было не столько профессией, сколько делом всей жизни — до такой степени личным, что в семье Цветаевых музей называли «колоссальным младшим братом» [А. Цветаева — 1995:496]. По мнению современного исследователя, «музей стал авторским трудом Ивана Владимировича, отразившим его личность и его понимание искусства» [Аксеенко — 1997:10]. Основатель Музея скончался спустя год и три месяца после его открытия.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

Древняя Греция и герои Эллады

АРГОНАВТЫ

Когда-то, в давние-давние времена, рассказывали греки, над городом Орхоменом проплывала высоко в небе туча. Воздушная Нимфа Нефела (что и значит по-гречески «Туча») увидала на горе над городом красивый дворец с белыми колоннами и широкими террасами. Ей захотелось узнать, кто там живёт, и она спустилась вниз, на каменные ступени дворца.
Навстречу Нефеле вышел хозяин дворца — орхоменский царь Афамант. Он приветствовал красавицу нимфу и пригласил её войти.
Нефела вошла во дворец и осталась там жить. Нимфа полюбила человека и стала его женой.Древняя Греция и герои Эллады

ЭССЕ ЦВЕТАЕВОЙ «АННЕ ГЕРМАН»

Эссе Цветаевой Анне Герман - Анастасия, сестра Марины ЦветаевойЭссе Цветаевой Анне Герман... На концерт Анны Герман впервые повёл меня её поклонник, мой младший друг, литературовед, человек тонкого вкуса, много раз её слышавший. Он говорил о ней с таким восхищением, что я еще по пути предвкушала радость услышать необычайное. В жизни я слышала, Мериам Андерсон, — думается, мулатку, певшую голосом невероятного диапазона и силы, и, в те же времена моей зрелости, я не пропускала концертов Зои Лодий — средних лет, горбатой и очаровательной, выходившей в лёгком, светлом, длинном платье, на очень высоких каблуках, в накинутом на плечи боа из перьев. И её смеющееся лицо, гордое восторгами публики, светилось победой над своей искалеченностью — и побеждало вдвойне. Память о вечерах её до сих пор греет остывающее из-за всего пережитого, но еще не остывшее сердце. И молодая мать наша с Мариной пела низким печальным редко-чудесным голосом — должно быть, предчувствуя раннюю смерть...
Со всем этим в душе я шла об руку с моим спутником, ценителем Анны Герман. Где был её концерт? Не помню. Я запомнила только — её.
Мы входили в зал. Я уже любила Анну — не за ту высокую радость, которую она нам подарит, — а за то страшное прошлое, через которое она прошла, чтобы пробиться к нам, вновь стать певицей. От моего спутника я узнала, что годы назад она, в Италии, пережила катастрофу: в машине, с шофёром, по пути с записи своих песен, ночью на большой скорости потерпела аварию, так разбилась, что её, почти как Ландау,— собирали. Три года лежала она в гипсе — то одна часть тела, то другая. Долго было не известно, не будет ли она калекой... Искусством врачей, а еще больше — своей жаждой жизни, голосом, хотевшим петь, упорством человека и женщины, чудесами массажа и лечебной гимнастики она возвращала — и вернула — себя жизни, движению и — чудо чудес! —пению! Её голос звучит не хуже, чем до катастрофы. Говорят — лучше...
В волненье, на которое способна старость при встрече с такой судьбой, в трепете материнства и преклоненья, я входила, опершись на руку моего молодого спутника, в переполненный шумной радостью зал. Еще не взошло из-за гор солнце, но уже лучи золотой пылью легли на вершинах. Еще нет её — ни шага, ни шелеста платья, — но самозабвенно лицо моего спутника. Очарованность? Преданность? Страх, что концерта не будет, отменят?

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

15. ДВЕНАДЦАТЫЙ ПОДВИГ

Геракл спускается в царство Мёртвых и побеждает Кербера
Герои мифов Древней ГрецииВсю землю с восхода до заката обошёл геракл, воевал и трудился, сражался с чудовищами и со злыми людьми, прокладывал дорогу на вершину гор, вместе с солнцем переплывал океан, дошёл до края Света — и вернулся победителем.
Тогда, отчаявшись, решил Еврисфей послать Геракла туда, откуда никто из смертных ещё ни разу не приходил назад, — в страну мёртвых, в подземное царство Аида.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

10. СЕДЬМОЙ ПОДВИГ

Геракл укрощает критского быка
Герои мифов Древней ГрецииШесть раз уже являлся Геракл в Микены и по приказанию царя Еврисфея отправлялся в опасный и трудный путь. Шесть славных дел совершил: убил Немейского льва, уничтожил Лернейскую гидру, поймал Керинейскую лань, доставил в Микены Эриманфского вепря, выгнал из Греции Стимфальских птиц и в один день очистил Авгиевы конюшни. И вот снова призвал героя Еврисфей и приказал ему плыть через море на остров Крит и укротить свирепого быка, с которым никто из критян не мог справиться.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

ОРФЕЙ И ЭВРИДИКА

Герои мифов Древней ГрецииНа севере Греции, во Фракии, жил певец Орфей. Чудесный дар песен был у него, и слава о нём шла по всей земле греков.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

ТЕЗЕЙ

Герои мифов Древней ГрецииУ афинского царя Эгея не было детей. Дважды он был женат, но жёны не родили ему ни сына, ни дочери, и он сильно горевал об этом. Он хотел знать, неужели ему суждено остаться бездетным, и спросил предсказателя — Оракула. Ответ Оракула был так загадочен, что Эгей не мог понять его.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

16. СМЕРТЬ ЯЗОНА

Кончились пиры и празднества в честь аргонавтов, благополучно вернувшихся после далёкого и долгого плавания. Чудесный корабль «Арго» отслужил свою службу — паруса его были истрёпаны бурями, смылась позолота на носу, и волны многих морей источили его деревянный корпус. Аргонавты вытянули из воды ободранный остов «Арго» и поставили на берегу на память людям.
Потом отважные герои разошлись по разным городам и занялись каждый своими делами.
Золотое руно лежало во дворце иокского царя. Но Язону оно не принесло счастья.Герои мифов Древней Греции

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

12. ВОЛШЕБНИЦА МЕДЕЯ

Герои мифов Древней ГрецииХрам Гекаты, богини привидений и страхов, находился за городом, в роще на холме. Там стояла статуя, у которой было три лица — в знак того, что богине подвластны небо, земля и подземное царство.
В роще бродили собаки, посвящённые Гекате, жалобно блеяли в траве чёрные ягнята, приготовленные для жертвы.
Когда Язон, оставив своего юного спутника, вошёл в рощу Гекаты, Медея пошла ему навстречу и сказала:

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

8. АРГОНАВТЫ В САЛМИДЕССЕ. ГОЛУБЬ ФИНЕЯ

Герои мифов Древней ГрецииВсё дальше на Восток уплывал «Арго». Много дней уже аргонавты были в пути. Они миновали второе море, и скоро должно было открыться перед ними третье — последнее на их пути, самое широкое, бурное и неведомое море. Даже опытный моряк Тифис ничего не знал о нём. Аргонавты долго искали прохода из Пропонтиды в это новое море и, перед тем как пуститься в последний переход, решили отдохнуть и остановились у Фракийского города Салмидесса.
Необычная тишина встретила их на-берегу. Гавань была пустынна и заброшена, городские улицы безлюдны, дома заперты наглухо.

МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ | ГЕРОИ ЭЛЛАДЫ

4. НА ОСТРОВЕ ЛЕМНОС

Аргонавты долго плыли вдоль берегов Греции, потом обогнули последний выступ Халкидского полуострова и вышли в широкое море.Герои мифов Древней Греции
Однажды вечером они увидели впереди на море огненно-красный остров. Сначала они подумали, что это заходящее солнце так окрасило высокие горы на острове. Но пришла ночь, всё потемнело вокруг, а неведомый остров словно пылал в темноте перед ними, и чем ближе подплывал к нему «Арго», тем ярче было зарево. Вдруг из вершины горы, возвышавшейся над островом, вырвался столб огня, поднялся высоко в небо и с шумом и треском, рассыпая миллионы искр и раскалённых камней, обрушился в море.

ВЕРНИСЬ В СОРРЕНТО?

Мемуары Анны Герман... Мемуары Анны Герман...
Итак, мы ехали по автостраде. Я много и громко говорила, не слишком даже себя к тому принуждая, поскольку вызванное концертом возбуждение держится обычно ещё довольно долго. Часа два после выступления я не могу расслабиться, не способна заснуть. Думала также, что тем самым не дам задремать Ренато и мы благополучно доберёмся до Милана. Но двадцатилетний организм усталого юноши, очевидно, стремился устранить все, что мешало ему уснуть и таким путём восстановить жизненные силы. Внезапно нас несколько раз подбросило, как если бы машина нарвалась на ухабы, вместо того чтобы скользить по гладкому, как зеркало, шоссе. Затем наступили тьма и тишина.

ВЕРНИСЬ В СОРРЕНТО?

Анна Герман. Вернись в Сорренто?.. Возвращаясь к Конни Фрэнсис, скажу, что ещё прежде, чем она кончила петь, я сделала приятный вывод, что она на самом деле замечательно поёт. Она и держалась на сцене, и была одета, как обыкновенная нормальная девушка — черные брюки, сандалии, джемпер... Конни не преследовала цели приковать внимание зрителей к своему внешнему виду. Я сознательно подчёркиваю это, ибо о других участниках фестиваля того же сказать было нельзя. В день концерта у нас с Конни состоялся небольшой разговор. «Ты откуда приехала, Анна?» — спросила она меня, когда я, спев свою песенку, ушла со сцены. Конни выступала как раз передо мной и оставалась ещё за кулисами, наблюдая по контрольному телевизионному экрану ход фестиваля. Я рассказала ей, что её хорошо знают и очень любят в Польше. «О, это правда?» — осведомилась она с улыбкой, позволявшей думать, что ей эта новость небезразлична. Потом, коснувшись самоубийства Луиджи Тенко, она сказала: «Люди слишком многого хотят от жизни, а когда чрезмерные желания не осуществляются, происходят трагедии. Я принимаю жизнь такой, какая она есть. Меня может радовать и пустяк, и крупное, большое событие. Тем самым обретаешь если уж не счастье, то по крайней мере душевное равновесие».

ВЕРНИСЬ В СОРРЕНТО?

Анна Герман. Вернись в Сорренто?.. Наступил вечер. Теперь мы должны были испытать свои знания на практике, спуститься в довольно глубокую пещеру. Разожгли костёр, дабы те, кто поднимутся наверх, сразу могли отогреться и обсохнуть. Я не пошла с первой группой, а, заглянув в тёмный, сырой, низкий лаз, решила, насколько удастся, оттягивать неприятный момент. В душе я надеялась — а, собственно, почему? — что мне не придётся ползти по грязи и, подобно червю, исчезнуть в этой страшной чёрной дыре. К тому же здесь, наверху, было очень славно. Весело потрескивал огонь, заливая всех оранжевым теплом, а Петрусь, который выполнил свою трудную задачу — он подстраховывал самых смелых — и теперь подошёл к нам отдохнуть, растянулся возле костра, положив свою рыжую голову мне на колени. Не сделай этого Петрусь, я бы наверняка что-нибудь придумала в оправдание своего дезертирства. Но раз уж меня отличили... Вскоре я ползла, извиваясь, как гусеница, в глубь грота. Маленькое пятнышко неба исчезло из виду. Единственным утешением был факт, что там, наверху, Петрусь держит верёвку, которой я была обвязана.

ВЕРНИСЬ В СОРРЕНТО?

Анна Герман. Вернись в Сорренто?.. Мы оказались одни среди бабушкиных вещей и святых образков, тесно развешанных по стенам. Даже её шлёпанцы ещё стояли в углу. На громоздком старом комоде тикал массивный будильник, притом так громко и назойливо, что я не выдержала, схватила его и, открыв ящик комода, быстро засунула туда, после чего вздохнула с облегчением. Все это время он страшно действовал мне на нервы — я даже не могла сосредоточиться на том, что говорит хозяйка. Взглянула на Ханю. Она сидела сгорбившись, опустив голову, бессильно свесив руки. В её глазах стояли слезы. «Аня, — сказала она с отчаянием в голосе, — я здесь не выдержу. Пошли назад, в наш холодильник». Я с готовностью подхватила чемодан, потому что и сама хотела просить её о том же самом.

    
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1

(91 голос, в среднем: 3.9 из 5)